Мир, насыщенный взглядами и голосами, взывает к человеку, вопрошает и ждет ответа. Искусная метафорическая игра, конвертирующая неодушевленное в одушевленное, биологическое в человеческое, природное в культурное, а также многочисленные отсылки к разным религиозным и философским традициям выводят к последним вещам. Жизнь и смерть становятся условиями задачи, требующей решения. Мир предстает как школа, судьба – как ученичество, которое осуществляется, когда человек, преодолев ограниченность разума, выходит на простор духа.
Песня LXVII, Григорий становится экспертом в страноведении. Недаром замечено, что в истории человечества чуть ли не превалирующее место среди способов культурных контактов между народами...
Песня LXXXVI, меланхолическая и короткая. Обратный путь отступления лишил песни нашего героя всяческой бравурности. Рассуждения о разрушительной природе человека чередуются с описанием трагических сцен ...
Созерцая и продумывая рождение поэтической формы, Мандельштам обнаруживает сущность искусства как работы с временем и пространством. Глаз поэта пронзает слои художественного феномена, раскрывая его...