Созерцая и продумывая рождение поэтической формы, Мандельштам обнаруживает сущность искусства как работы с временем и пространством. Глаз поэта пронзает слои художественного феномена, раскрывая его причастность и к продуктам культуры, и к явлениям природы, и к чистым эйдосам, и более того – к корням бытия, содержащим в себе потенцию всех форм. Дыхание человека и пульс мира, тяжесть и легкость, закон и свобода, повторение и новизна – между этими полюсами творится многомерное целое текста.
Песня LIX, Июльским вечером за поздним ужином после трудов праведных ложка замирает у Григория на полпути ко рту при появлении соседа с тревожными вестями....
Песня LXVIIIВ фокусе внимания Григория оказываются маленькие городки Закарпатья, которые до сих пор называются по-польски «местечки» – смесь культур и религий, языков и укладов....
Песня XXIV, которая начинается с краткой, но выразительной, истории Углича в изложении Григория: от основания города до разорения, включая эпизод наказания вечевого колокола плетьми...
